Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»
RSS

Здесь становятся сильными и страшными

, 11 августа 2023
1 681
Кто и как тренирует добровольцев? Почему сегодня нужно учиться воевать по-новому и кто может этому научить? Кто такие К-шники и что они делают в зоне боевых действий? Репортаж с полигона 1-й ДРШБр «Волки»...

 

 

Здесь становятся сильными и страшными. Заметки из «волчьего логова»

Автор – Игорь Гомольский, Фёдор Громов

Кто и как тренирует добровольцев? Почему сегодня нужно учиться воевать по-новому и кто может этому научить? Кто такие К-шники и что они делают в зоне боевых действий? Журналисты издания «Украина.ру» побывали на полигоне, где в передышках между боями тренируется личный состав 1-й ДРШБр (добровольческой разведывательно-штурмовой бригады) «Волки»

«Дико извиняюсь, но у нас тачка вышла из строя. Нашли новую. Мчим, но боюсь, что на час опоздаем», – барабаню сообщение, трясясь на заднем сидении «Патриота».

Безлошадные

Неудобно перед товарищем «Равом» – замкомандира 1-й ДРШБр «Волки». Договаривались на 11.00, а теперь дай Бог к полудню успеть. Транспортный вопрос в зоне конфликта стоит чрезвычайно остро, ибо даже могучие внедорожники на здешних ухабах да колдобинах не заживаются.

С другой стороны, времечко военных стоит дорого. В нужный час не явишься – в другой раз могут не позвать. Да и просто невежливо.

Вот порой и приходится бежать спозаранку по коллегам и об услуге просить. Дальше – лишь заводилось и ехало. То, что резина лысая, ходовка гремит, а стекла пищевой пленкой затянуты, роли не играет. Главное – двигаться.

Додумывая эту нехитрую мысль, замечаю, что заехали в ЛНР. Тут в салоне разгорается спор, поскольку сразу двое «прекрасно знают» нужную заправку. Только один коллега считает, что поворачивать нужно вправо, другая – что влево.

Чтобы никому обидно не было, делаем круг почета и прибываем к месту встречи. На часах – 12.50. Свинство!

«Это не наши военные?» – трясет меня за руку коллега Федор Громов, указывая на парней, пьющих энергетики в тени внедорожника.

«Не похожи. И «Рава» среди них не видно, и символики на тачке нет», – качаю головой.

– Что-то мне подсказывает, что он ждал-ждал и уехал.

– А мобильного интернета в ЛНР не-е-ет. Даже не свяжешься.

– Зря ехали? Чудно-чудно.

– Погоди. А вдруг приедет.

Примерно в эту же минуту напротив тормозит черный внедорожник-пикап. Из окошка машет улыбающийся «Рав». «Нет, он точно святой», – думаю я и выдыхаю. Очередной рабочий выходной не пропадет даром.

 

В колониальном стиле

В тактических шортах, очках и бейсболке, заместитель командира добровольческого отряда «Волки» походит на крайне интеллигентного колонизатора. Бафф, торчащий из-под воротника рубашки, дополняет образ, напоминая шейный платок. Кто-нибудь просто обязан подарить ему пробковый шлем!

– Как доехали?

– Извини, родной, что задержались. Транспорт помер.

– Ничего-ничего! Поехали знакомиться. Посмотрите, как мы живем и тренируемся.

– «Рав», а в Соледар?

– Обсудим. Давайте за мной.

Полигон – странная штука. Все они разные, но если был на одном, то здесь, там и даже тут чувствуешь себя, как дома. Потому, что элементы – все те же.

Здесь становятся сильными и страшными

Полигон

Выходим из машины и тут же скрываемся за сарайчиком – идет тренировка с РПГ. Звучит команда «выстрел». Затем пуск и удар. Ага, можно выходить!

Оценив ситуацию, ребята потрошат рюкзаки в поисках наушников. РПГ – штука крайне противная. Вроде и шарашит негромко, но после четвертого-пятого выстрела звон в ушах с непривычки такой стоит, что ночью уснуть невозможно.

«Если интересно, то вон там ребята-беспилоты. Можно с ними пока пообщаться. У них там разные интересные штуки есть. Что-то даже секретное. Это снимать нельзя. Я к ребятам отскочу и быстро вернусь. Сейчас инструкторы наши подъедут», – говорит «Рав», указывая на группу людей, сгрудившихся на обочине.

Мы киваем. Поезжай, мол, спокойно, а мы найдем, чем заняться.

Осматриваюсь. На дальнем рубеже лысый крепыш работает из автомата «ВАЛ», тюнингованного настолько, что сразу и не поймешь, «ВАЛ» это или уже «Винторез». Редкая, кстати, штука. Экзотика. Только у «росгвардейцев» видел такие.

Рядом бородатый мужчина палит из Стечкина короткими очередями. Инструктор делает замечание.

«Погоди-погоди, командир! Дай принцип ухватить», – отвечает мужик, примериваясь к автоматическому пистолету.

Замученные беспощадным послеполуденным солнышком, бойцы хоронятся в тени деревьев. Курят, едят мороженое и снаряжают пулеметные ленты. Процесс медитативный, требующий завидной усидчивости. А если, не дай Бог, лента новая попадется, то и пальцев могучих, да.

Объяснив, откуда мы, для кого снимаем и где посмотреть, быстро находим с ребятами общий язык. Донбасс ведь маленький, а война уже давненько идет. Потому все, кто в этом с 2014 года, знакомы меж собой через одно-три рукопожатия. Общие знакомые, общие темы – и враги тоже общие.

– Братец, заряди «Скорпион»! Покажем ребятам интересное.

– Вообще-то комвзвода не положено.

– Что началось-то? Нормально же общались! Инструктору тем более не положено.

– Ладно-ладно, давай заряжать.

«Скорпион» – штука еще более редкая. Лично я подобные только в фильмах и видел. Называется эта прелесть системой бесперебойной подачи пулеметной ленты, а выглядит как здоровенный рюкзак. Сцену с пулеметом из фильма «Хищник» помните? Вот, нечто подобное.